“Горжусь тем, что я азербайджанец”

Гейдар Алиев
05.08.2018, 17:10
495

Протокол допроса (1918 года декабря 21 дня. Гор. Куба...)

A- A+

Член Чрезвычайной Следственной Комиссии при Азербайджанском правительстве А.Новацкий допрашивал...

⇔ ⇔ ⇔ 

Член Чрезвычайной Следственной Комиссии при Азербайджанском правительстве А.Новацкий допрашивал нижеподписавшегося в качестве свидетеля с соблюдением Уст. Уг. Суд., который показал: Давид Александрович кн. Геловани, 30 лет, проживаю временно в гор. Кубе, постоянный мой адрес: г. Баку, контора Наджафа Амирджанова, против Православного Собора.

 

Я по убеждению социал-демократ - меньшевик. Я за свои политические убеждения был сослан в каторжные работы. После переворота был освобожден и учился в Москве на медицинском факультете. В начале 1918 года я приехал на Кавказ посетить родственников. Когда хотел вернуться в Россию, то железнодорожное

сообщение оказалось прерванным после Гудермесских событий. Я очутился в Баку без дела. Тогда там власть находилась в руках большевиков. Один из главарей их некто Джапаридзе предложил мне пост инспектора милиции. Я согласился и был назначен на этот пост Исполнительным Комитетом. После Бакинских мартовских событий мне поручено было восстановить правильное движение по железной дороге до ст. Гудермес. Я отправился вперед на паровозе с эшелоном солдат, следовавшим за мной. По дороге мусульманское население, видя приближение эшелона, покидало селение и убегало. Я останавливал мусульман и уговаривал их оставаться на местах, так как опасность им не угрожала.

Эшелон мой состоял из русских и армян, но более чем половина были армяне. В отряде было около двух тысяч человек. Когда мы приехали на ст. Хачмас то здесь какие-то два армянина, которые сели в наш поезд, обнаружили недалеко от станции в лесу, где старый Хачмас, около 120 трупов мужчин, женщин и детей, между трупами были русские типы, но большинство были армяне. Я ходил на место и видел трупы, но в настоящее время того места не могу указать. Эшелон был возмущен этим открытием и начал волноваться. Он хотел направиться в г. Кубу, чтобы разгромить ее за это, так как по сведением эшелона, эти люди были убиты Шихлярскими беками. Я с трудом сдерживал эшелон. Под влиянием моим и комиссаров, и в виду полученного телефонного сообщения из Кубы, что кубинцы отправляют делегацию для переговоров, эшелон наметил свое намерение идти в Кубу и постановил отправить в Кубу меня, как нейтральное лицо, с ультиматумом, чтобы кубинцы в течение 2 час. подчинились большевистской власти.

Прибыла делегация из трех лиц и заявила, что кубинцы признают власть большевиков и будут их поддерживать. Затем прибыла другая делегация, которая прочно называла себя большевиками. Я прибыл в гор. Кубу и предложил кубинцам ответить мне в течение двух часов, подчиняются ли они советской власти или нет, и сказал им, что за последствие отказа не ручаюсь.

Кубинцы избрали несколько человек представителей, которые, получив заверение от духовных лиц суннитского и шиитского толка, что идеи большевизма не противоречат учению Шариата, заявили, что подчиняются Советской власти. Я в общих чертах

ознакомил Кубинских представителей с идеями большевизма. Я сообщил об этом комиссарам эшелонов в Хачмасе. Я некоторое время оставался в Кубе. Кубинцы просили меня прислать в Кубу отряд солдат, так как, здесь нужна сила против тех людей, с которыми они не могут бороться. Имен и фамилий тех кубинцев, которые просили прислать отряд солдат, не помню, припоминаю имя одного Кирагяр, по фамилии не знаю. Я дал в Баку телеграмму о том, что кубинцы просят прислать в Кубу отряд солдат для водворения порядка. Мне ответили, что отряд отправлен. В поехал навстречу ему в Хачмас и прибыл с ним в Кубу. В отряде было 187 человек, 12 армян, несколько евреев, остальные русские, два пулемета под начальством армянина, фамилии которого не помню. Этого командира отряда мне неоднократно приходилось сдерживать

от провокационных выступлений. Начальником пулеметной команды был капитан Кубицкий, который служить в настоящее время в г. Петровске  при полицеймейстерстве.

Вскоре на наш отряд было сделано нападение лезгин и окрестных мусульман. Кубинцы на нас не нападали. Нам на помощь прибыл отряд из Хачмаса в 150 человек с 2 пушками исключительно армяне, под начальством поручика Агаджаняна. На другой день он собрал все христианское население Кубы, в большинстве армян, чтобы вывести их из Кубы. Мы начали отступление. Я шел с отрядом впереди. Его солдаты бежали, оставив беженцев. Должен заметить, что беженцы просили солдат-армян, чтобы они не стреляли в лезгин. Часть беженцев была уведена моим отрядом, а часть осталась возле сада Леонтьева, где их вырезали лезгины. Я был ранен в руку в первый день боя. Мы ушли в Хачмас и поехали в

Дербент. Через несколько дней военный министр Корганов прислал в Кубу карательный отряд около 2 тыс. человек под начальством Амазаспа. Джапаридзе получил телеграмму, подписанную кубинцем Мир Джафаром Багировым, б. моим помощником, в которой сообщалось, что кубинцы просят меня прибыть в Кубу для спасения их, так как Амазасп сжигает и убивает на все стороны. Джапаридзе предложил мне поехать в г. Кубу. Я согласился и, получив широкие полномочия, приехал. Я обратился к Амазаспу с упреками за то, что он здесь наделал. Он и комиссар при отряде Велунц ответили мне, что сожгли город и перебили друг-друга сунниты и шииты, которые затеяли между собой войну. Я им не поверил и предложил Амазаспу уехать из Кубы со своим отрядом. Он сначала колебался, но потом заявил, что уедет, и действительно, на девятый день своего здесь пребывания уехал со всем отрядом. Вслед за ним уехал и я.

Должен добавить, что отряд Амазаспа по дороге до Хачмаса перебил 35 человек аробщиков, пять трупов, из которых я сам видел.

Читано. Подпись. Геловани.

Член комиссии: А.Новацкий (подпись)

ГААР, ф. 1061, on. 1, д. 96, л. 62-65 об.

 

Новости
Выбор редактора